?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Приветствую, друзья! Перед вами пятый рассказ из нового цикла "Изгои", читать его можно сразу после первого, "Чёрного солнца", или второго, "Пирамиды". Рассказ является сиквелом, непосредственным продолжением романа Джона Хокинга "Изумрудный Лотос", так что знакомство с этим романом также весьма желательно. Время действия моего рассказа - сразу после событий "Лотоса", место действия - дворец Ситрисса в Стигии и пустыня вокруг него.

Рассказ выкладывался полгода тому назад в библиотеке форума Киммерия.Ру, где его могли скачать постоянные участники форума, а также был опубликован в книге "Конан и Изумрудный Лотос", изданной тиражом 20 экземпляров.

Это первая сетевая публикация для всех моих читателей.


Брайан Толуэлл

ЗАЩИТНИК
Наследие Стигии

(2015, CIMMERIA.RU, сетевое издание)

После смерти своей подруги Белит Конан-варвар возвращается в Шем. Судьба сводит его с местной волшебницей Зеландрой, которая стала жертвой злобного чародея из Стигии Этрам-Фала. Киммериец сопровождает Зеландру, её служанку Нису и телохранителя Энг Шиха к цитадели колдуна. После победы над злодеем все четверо отправляются в обратный путь. Конан не подозревает, что его заклятые враги, которых он винит в гибели Белит, также находятся здесь...


1. Стигиец и атлайка

День разгорался, наливаясь удушающим зноем. Ветра не было. О буре, что прошла минувшей ночью над стигийской пустыней, напоминали начёсы песка на зубчатых отрогах Гребня Дракона.

На крыше горной цитадели древнего волшебника Ситрисса сидели двое, юноша и девушка. Одетые в глухие бурнусы песочного цвета, они прятались за невысокой каменной оградой. Их взгляды были устремлены вниз, в ущелье, по дну которого неспешно удалялись от дворца четверо путников на верблюдах: впереди черноволосый гигант, за ним женщина средних лет и её спутница лет двадцати, замыкал шествие огромный и толстый, полностью лысый кхитаец.

Приложив к глазу миниатюрную зрительную трубку, девушка воскликнула:

— Наш киммерийский друг достоин восхищения! Он в одиночку одолел злобного мага Этрам-Фала и всех его наёмников. А теперь увозит с собой шкатулку с бесценным чародейским эликсиром. Что это, как не чистая победа? Его отряд даже не понёс потерь!

Глаза у девушки были большие, кошачьи, цвета безлунной стигийской ночи, а голос приятный, негромкий и мягкий, как будто журчащий, с нотками надменной иронии, которую она и не пыталась скрывать. Очень изящная, стройная, с утончёнными чертами лица и кожей золотисто-медового цвета, она напоминала стремительную, гибкую пантеру, от которой никогда не знаешь, чего ждать.

Её спутник был высок, мускулист, с богатой гривой иссиня-чёрных волос, бронзовой кожей, ястребиными чертами лица и глубоко посаженными глазами металлического отлива, весь похожий на молодого пустынного льва. Услышав слова своей спутницы, он недобро ощерился:

— Это ненадолго, клянусь чешуёй и щупальцами Сета! Никому не позволено без спросу заявляться в мою страну и забирать жизни моих подданных. А тем более ему! Это всего лишь грязный варвар, которому иногда везёт.

Девушка насмешливо переспросила:

— Твою страну? Твоих подданных? Открой же мне, любимый, что я пропустила? Наверное, пока шла буря и пока наш киммерийский друг сражался с колдуном, ты каким-то образом перелетел в Луксур, там исправил свою прежнюю оплошность, низверг своего жалкого братца Ктесфона, а сам воссел на трон отца? О! Только не говори мне, что это тоже сделал Конан. С него и так достаточно побед!

Мрачная тень легла на лицо юноши, он сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Он отвернулся, но взял себя в руки и спокойно произнёс:

— Это всего лишь вопрос времени, любовь моя. Я буду править Стигией. И ты — вместе со мной!

Она презрительно передёрнула плечами.

— Вот ещё! Я с большей радостью бы согласилась править горами Киммерии, чем этой пустыней. Там хотя бы воздух свеж и обитают люди, никогда не знающие страха! В одном мы схожи с Конаном: я, как и он, всем сердцем ненавижу эту проклятую страну! Эту жару, иссушающую разум, эти пески, съедающие душу, этих людей без капли доблести и достоинства в сердце! Этих трусливых и пустоголовых нобилей и чародеев! Меня ничто не связывает со Стигией... кроме тебя, любимый мой супруг.

Юноша молчал, удивлённый её внезапной откровенностью. Достал из сумки бурдюк с вином, приложился ненадолго, затем протянул бурдюк ей. Она взяла и отхлебнула.

— Но наша бабка Нехтесси правила этой страной до моего отца Ментуфера. А если б он погиб до появления на свет Ктесфона, на трон взошёл бы его брат и твой отец Хеврен. Любовь моя, ты рождена стигийкой, ты стигийская принцесса, я стигийский принц, мы с тобой стигийцы, здесь наша судьба! Нам надлежит чтить Сета...

— Нет! Нет!! — резко оборвала его она. — Сет не мой бог и никогда им не был. Стигия мне не родина. Хеврен мне не отец! Мой отец Паксимен, человек, сделавший меня тем, кто я есть. Это ты стигиец, а я — атлайка! Я наследница могущества великой Атлантиды! Я кровь от крови павших владык моря, они правили миром ещё в те времена, когда твои стигийцы были варварами, как нынче киммерийцы! И ты надеешься, что я когда-нибудь это забуду? Забуду, кто я и откуда, и чего я стою? Нет, ни за что и никогда!

— Ну, ты свою корону слишком быстро забрала и тут же потеряла, наследница могущества атлантов, — улыбнулся он. — Теперь корона Стигии — это всё, что у нас есть. И её ещё нужно отвоевать! Я не намерен предаваться грёзам о былом величии и отрекаться от своих законных прав. А ты как хочешь, дорогая.

Он расправил могучие плечи, сделал в воздухе знак Змея, достал из-за спины небольшой лук и прицелился.

— Отличная позиция. Клянусь Сетом, отсюда я легко продырявлю башку киммерийскому псу! Собака варвар даже не успеет осознать, откуда пришла его смерть.

Она вздохнула.

— Печально, если так... Тогда нам придётся убить и Зеландру. Кто знает, на что теперь способна шемитская ведьма, лишившись своего поводыря? Ты видел сам, мой грозный лев, как Конан передал ей шкатулку с Изумрудным Лотосом.

Молодой стигиец с удивлением посмотрел на жену.

— Разве ты думала оставлять её в живых? Эти шемиты ни на что не годны, кроме как служить рабами нашего народа! Когда я стану королём, у каждого преданного мне стигийца будет раб-шемит. И не один!

— Конечно, в самом деле, раб-шемит, и не один, только и мечтающий зарезать своего господина, — тонко усмехнулась девушка. — Или ты уже забыл неукротимую шемитку Белит?

Он криво усмехнулся и бросил:

— Тогда чего ты ждёшь, моя прекрасная пантера?

Она кивнула, заглянула в свою походную сумку и достала оттуда миниатюрный арбалет. Юноша скептически оглядел это оружие, взглядом измерил расстояние до путников и негромко промолвил:

— Если бы я не видел его в деле, я бы не поверил, что эта детская игрушка может отнять чью-то жизнь!

Потом он отвернулся, пробормотал молитву Сету, вновь нацелил лук и выпустил стрелу. В то самое мгновение, когда она сорвалась с тетивы, невесть откуда взявшийся порыв ветра бросил её наземь. Стигиец с изумлением проследил, как стрела падает на песок.

Не раздумывая, он тут же схватил другую стрелу, но та сломалась у него в руках.

— Что за шутки? Или сам Митра — будь он проклят! — пришёл на помощь киммерийцу? Великий Сет, помоги мне уничтожить твоего смертельного врага!

Третья стрела улетела вдогонку, прошла над головой Конана и упала в трёх шагах впереди. В то же мгновение огромный варвар обернулся и что-то сказал своим спутникам. Они тут же пустили своих верблюдов вскачь. Киммериец спрыгнул и поднял упавшую стрелу. Потом бросил взгляд туда, откуда она прилетела.

Стигиец изощрённо выругался, прячась за оградой.

— Попробуй ты, — нехотя предложил он жене.

— Не сейчас, — ответила она. — Пускай сперва решит, что это кто-то из оставшихся во дворце наёмников Этрам-Фала. Или те двое, кого он отпустил.

— А мы их встретили, — зло ухмыльнулся юноша.

Конан стоял на месте и смотрел на дворец, готовый к атаке нового и неизвестного ему врага. Но атаки не было, и киммериец, очевидно, решив не возвращаться в проклятый дворец ради выяснения, чья была эта шальная стрела, спрятал её в свой колчан, запрыгнул на верблюда и поспешил вперёд.

Девушка подняла арбалет, прицелилась, положила палец на спуск. Так прошли несколько минут. Её спутник с нарастающим недовольством наблюдал то за нею, то за Конаном, который быстро удалялся, ещё немного — и исчезнет насовсем.

— Ну, чего ты ждёшь?! — наконец воскликнул стигиец. — Прикончи же его!

Она опустила арбалет.

— Слишком легко! Наш доблестный друг с Севера не заслуживает такой пустой и лёгкой смерти.

Конан тем временем скрылся в ущелье.

— Во имя Сета! Что за чепуха? Ты обманула меня! Или просто боишься промазать!

Тут её огромные кошачьи глаза полыхнули огнём. Девушка вскинула арбалет и, почти не целясь, выпустила чуть заметную стрелу вверх, в небо. Несколько мгновений спустя рядом на крышу свалилась птица — пустынный ястреб-канюк. Стрела пробила ему горло. Юноша застыл с открытым ртом.

— Ты смеешь сомневаться во мне? Тогда иди, ступай туда, где только что был Конан, и проверь на себе, промажу я или нет!

Она сказала это тихо, но с холодной яростью и царственным достоинством, утраченным в этой стране. Он покраснел и поднял руки в знак примирения.

— Прости меня, Ка, я и не думал в тебе усомниться! Но объясни мне, любовь моя, почему ты снова отпускаешь этого ублюдочного варвара? Мы с тобой условились прикончить Конана при первой же возможности!

Девушка вздохнула, покачала головой.

— А разве ты не видишь, Джосси, что властительные боги не желают его гибели? Я не хочу гневить богов. Я здесь, чтобы развлечь их!

— Но каждый миг, пока он ходит по земле, наполняет гневом моё сердце!

Она подошла к мужу. Он нагнулся, и их губы встретились, чтобы слиться в страстном поцелуе.

— Умерь свой гнев, любимый, — прошептала она. — Если тебе будет угодно, считай, что нанял киммерийца исполнять работу, для которой он рождён.

— Нанял?!

— Как видишь, у него неплохо получается избавлять мир от демонов и чародеев, — задумчиво проговорила девушка. — Ты сам мне объяснял: здесь Стигия, а не Атлая, здесь невозможно взять принадлежащий тебе по праву трон, если даже вся знать и вся армия стоят горою за тебя. Ктесфон правит в Луксуре только потому, что Чёрный Круг и сам великий Тот-Амон, верховный жрец Сета, служат опорой его трону.

— И что с того? Не думаешь ли ты, что киммерийский пёс способен уничтожить самого владыку Тот-Амона, как он прикончил Этрам-Фала и ещё десяток мелких колдунов? Верховному жрецу, который пользуется милостью Отца Сета, достаточно чуть повести бровями, и варвар обратится в пыль! То же касается и нас. Мы теперь изгои, но если мы хотим добиться своего, нам нужно как-то привлечь Чёрный Круг на свою сторону. А не пытаться уничтожить! Молю тебя именем Сета, оставь эти опасные мысли!

— Только лишь, чтобы тебя не огорчать, мой осторожный лев, — лукаво усмехнулась она. — А теперь займёмся тем, ради чего мы прибыли сюда! Если древние манускрипты, прочитанные моим отцом, правдивы, самое ценное сокровище здесь, во дворце Ситрисса, никто ещё до сих пор не нашёл. Невежды и не знают, что искать!

Глаза юноши тут же загорелись, и он нехотя кивнул.

— Если догадки Паксимена верны, оно поможет нам добыть не только трон...

— Так поспешим же!

Грациозная, как пантера, и гибкая, словно змея, она скользнула через ограду и съехала вниз по стене. Он проводил её восхищённым взглядом, потом схватил подстреленного ею ястреба, сунул в походный мешок и полез следом.