Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Толуэлл: Легенда

New! Открыт Книга издана - сбор пожертвований на издание новых книг Брайана Толуэлла "Раб Змеиной Королевы - 2. Обречённые на Бессмертие" (2015) и "Раб Змеиной Королевы - 3. Освобождение" (2016) завершён. Но вы можете поддержать автора:



Родился в Птейоне (Стигия), там всю жизнь и живу. С детства испытывал неодолимую тягу к Тайному Знанию. Однако к зловещим мистериям Сета был равнодушен, что сделало меня изгоем среди местной знати и жрецов. Моя дальнейшая судьба казалась предрешённой. Отбросив искушения стать видным человеком в Кеми и Луксуре, весь отдался тайной науке.

Однажды, выйдя победителем из схватки с тамошними магами по поводу защиты моей научной диссертации и зверски этой схваткой утомлённый, почувствовал внезапное влечение к чему-то острому, опасному и твёрдому, но лёгкому, приятному для тех, кто им владеет в совершенстве, как самим собой. Меч Конана подошёл как нельзя лучше!

Было мне в ту пору ровно вдвое меньше, чем теперь. Первыми прочитал рассказы Р.Говарда, был ими покорён – не столько самим Конаном (видали мы похожих варваров и раньше), сколько потрясающим, феерическим миром Хайбории. Оглядываясь назад, должен признать: с книгами о Конане и Хайборийской эре связаны лучшие годы моей творческой жизни – никакие другие не читал так много и взахлёб, ни в какие иные миры не погружался так надолго и с таким восторгом.

Но Сет, Змей Вечной Ночи, послал мне новые опасные искушения. На сей раз я поддался им, о чём теперь отчаянно жалею и – одновременно – горжусь, что сделал это. Лишь много лет спустя смог в полной мере осознать, что натворил: я написал апокриф к знаменитой Саге.

Первая собственная книга, впрочем, появилась как «фанфик». Весь текст писался от руки, у него даже названия тогда не было. Я и не думал ничего публиковать! Писал для себя. Я и не представлял тогда, во что всё это выльется, сколько томов будет написано и сколько копий сломано вокруг «скандальных, поражающих воображение» романов Толуэлла. Я был неопытен, горяч, почти без тормозов. Сегодня я бы написал иначе. Сегодня сам с недоумением смотрю на первые две книги цикла. Следующие два романа показали моим читателям, издателям, мне самому, что автор, даже совершив отчаянную, с точки зрения фанатов, дерзость, способен взять какой-то новый, обоюдоострый, неожиданный для Саги уровень. И, наконец, последующими в толуэлловском цикле книгами я и теперь по-настоящему горжусь. Но они-то как раз и не видели свет!

Похоже, верно: чтобы увидеть свет, нужно сначала познать тьму.

Похоже, древним богам Хайбории было угодно, чтобы автор, подобно его героям и антигероям, сполна расплатился за свою дерзость.

Похоже, моему апокрифу необходимо было время, чтобы отстоять свои права на существование. А отстояв, найти вторую жизнь.

Итак, долгих 17 лет я дремал, скованный тяжким заклятием, в мрачной темнице Птейона. Долгих 17 лет я проклинал свой писательский рок и, вместе с тем, благодарил его за моих читателей. Долгих 17 лет, изо дня в день, я задавал себе один вопрос: вправе ли я уносить с собой на Серые Равнины книги, которые столько людей так долго и упорно ждут?..

Наконец, настал тот миг, когда могучая магия моих читателей развеяла злые чары и пробудила Толуэлла к возрождению.

Я вернулся к моим книгам, к «Великой Душе», и принялся писать цикл заново, с того самого места, где был вынужден его оставить в далёком 1997 году.

Скажу по секрету – делать это в наши дни оказалось ещё интереснее, чем в те времена. Из старых набросков и когда-то намеченных планов рождаются совершенно новые идеи, персонажи, тексты. Сам с некоторым недоумением замечаю, как мои апокрифы, вовсе не спрашивая автора, живут своей странной жизнью, обрастают собственной мифологией, а у их героев развивается собственная, обособленная от событий «Великой Души» история, которая уже пустила корни в говардовский канон...

Цикл можно читать отдельными трилогиями или как один большой, непрерывный роман.

P.S. А связаться со мной можно обычным путем, через Стигию, вызвав мой дух из гробницы Птейона.
Или написать е-мейл на tolwell@gmail.com - доходит, отвечаю.

***


Брайан Толуэлл на Фантлабе
Брайан Толуэлл на Самиздате
Брайан Толуэлл - тема на форуме Киммерии.Ру
Толуэлл: Продолжение - авторская тема на Киммерии.Ру
Книги Брайана Толуэлла в интернет-магазине "Озон"

Автор выражает огромную признательность всем читателям, оставляющим свои конструктивные замечания, предложения и просто добрые пожелания.

Для тех, кто желает поддержать автора не только морально:
WebMoney R194233704248, Z880353292622;
Карта Сбербанка 4276880069304164;
Яндекс-кошелёк 41001451798774.

Пирамида - 4

New! Пирамида, или 50 лет спустя (1, 2, 3)

4

Он разрубил проклятую девчонку на три части. А может, на четыре или пять, он не считал, когда рубил. Она была такая маленькая и худая, рубить было легко, точно ягнёнка.

Попутно он убил троих кушитов, которые пытались выполнить приказ Белит и оттащить гиганта-киммерийца от останков его жертвы.

Другие всё-таки его схватили, оттащили, повалили на палубу, связали кое-как и отобрали меч. Тревожной белой тенью маячило перед его лицом алебастровое тело Белит. А на груди Белит алым огнём горел кулон, подаренный девчонкой, которую он только что убил. Возлюбленная что-то говорила... нет, кричала на него.

Потом Белит пропала, вместо Белит появилась мёртвая девчонка. Она наклонилась к нему, связанному, и спросила:

– Ты спас меня, чтобы убить? Или какие демоны в тебя вселились? Ответь же, кто ты – друг мне или враг?

У неё был мягкий и приятный голос. Глаза большие и глубокие, кошачьи, они блестели в полутьме. Коротко стриженые волосы, как у мальчишки. Если бы она была живой, она была бы здесь единственной, кто до сих пор держал себя в руках.

– Исчезни! – рявкнул Конан. – Я тебя убил!

– Чуть не убил, – поправила его девчонка, – слегка промазал. И немудрено! Это была тяжёлая ночь для всех нас.

Конан закрыл глаза и застонал. Кости Нергала! Не убил. Она живая. Нужно и ему взять себя в руки. C первого раза не вышло, бывает. Он доберётся до неё, он должен, он её прикончит.

– Я знаю, кто ты. Ты стигийка! Ты – Мефрес! А прежде тебя звали Камия. Напрасно ты сюда явилась. Я тебя разоблачу!

Девчонка пожала плечами. Похоже, она, как и Белит, нисколько не стеснялась своей наготы. И совсем его не боялась.

– Мне незнакомы эти имена, могучий Конан. Моё имя – Ная из Атлаи. Если захочешь слушать, расскажу тебе свою историю, как рассказала Нъяге и Белит...

Но тут она вдруг пошатнулась и упала. Рядом опять появилась Белит, крикнула своего шамана.

– Белит, послушай! – рявкнул Конан. – Эта девчонка, что я сдуру притащил на твой корабль, на самом деле злобная стигийская императрица. Нет, не теперь... но когда-то станет ею, если не покончить с ней теперь. Мне было ясное видение... Она опасна, с ней нужно покончить!

– Ты вывихнул мне плечо, северянин, – мрачно проговорил подошедший Нъяга. – А мог бы и шею сломать.

– Прости, друг. Я лишь хотел её скорей убить...

Белит со злостью и обидой посмотрела в его сторону.

– Видение, говоришь? Ты стал рабом видений, как какой-нибудь безумный маг? И ты готов исполнить, что они тебе велят? – пиратка топнула ногой по скользкой палубе, едва не упала, но удержалась. – Так я тебе скажу, любимый, про своё видение. Ная такая же стигийская императрица, как я – кхитайская! Демоны Стигии смутили твой рассудок, Конан. Только поэтому ты до сих пор со мною, на «Тигрице», а не кормишь рыб! Нъяга! Ты должен вылечить троих: себя, его и Наю.

Старый шаман сокрушённо покачал головой.

– Себя я вылечу. Его лечить не нужно, Конан сильный, демонов из головы прогонит сам. Но её... не знаю, не могу сказать. Взгляни, северянин, что с ней сделали стигийцы.

Он повернул девчонку на живот. Конан увидал её спину и не поверил собственным глазам. Даже рабов в каменоломнях не избивают с такой яростью и так жестоко. Спина несчастной была сплошным кровоподтёком, кожи почти не было видно, одни лишь кости и мясо.

– У тех, кто сделал это с нею, нет души, а вместо сердца камень, – дрогнувшим голосом промолвила Белит. – Несправедливо, что они уже погибли! Когда б попали в мои руки... эти стигийцы умоляли бы меня о скорой смерти.

– Она должна испытывать нестерпимую боль, – заметил Нъяга. – И эта боль одна могла забрать её на Серые Равнины. Я видел, как погибали мои братья от побоев охотников за живой плотью. Девочка могла умереть и позже, посреди солёных вод. Это чудо, что она ещё жива. Надолго ли? Не знаю.

– У меня было время научиться сносить боль, – тихо сказала та, кто называла себя Наей. – Змеепоклонники привыкли мучить тех, кто не желает покоряться Сету. Но боль ничто в сравнении со счастьем вырваться из плена! Я жива, потому что очень сильно хочу жить! Жива, так как отчаянно стремилась к вам, и вот я, наконец, среди друзей! Жива благодаря ему: могучий Конан спас меня из океанской бездны. Всё это не случайно, правда? Это знак богов. Ты вылечишь меня, мудрый шаман! Я верю в твои силы.

– Сделай же это, Нъяга! – взволнованно произнесла прекрасная шемитка. – Она мне нравится, она страдала от змеепоклонников, как мы, но выжила, как выжили и мы! Сделай это для своей Белит!

Её слова прозвучали как «сделай для своей королевы». Старый шаман со вздохом кивнул, развёл руками: сделаю всё, что смогу, но ничего заранее не обещаю.

– А с тобой, – обратилась она к Конану, – мы ещё поговорим! Я тебя люблю и дорожу тобой, но если ты ещё хотя бы раз поднимешь на неё свой меч, клянусь Иштар, я брошу тебя рыбам!

Пусть так, подумал Конан. Пусть. Насчёт меча Белит права. А насчёт верёвки или голых рук не будет никакого уговора.

Ночь кончилась. С ней кончились гроза и ливень. На горизонте, там, где их ждал берег, занимались первые отблески рассвета. Белит взошла на мостик, громко хлопнула в ладоши:

– На вёсла, псы, все живо на вёсла! Мы пережили эту ночь и получили от богов богатую награду. Теперь идём домой!

Кушиты отозвались радостными криками. Подаренный девчонкой алый камень ярко пылал в лучах зари. Наверное, подумал Конан, такой камень один стоит десятка кораблей. А может, и целого флота, целого королевства. У него ещё не было своего королевства, он пока не знал, сколько оно может стоить. Наверное, в глазах кушитов, корсаров Чёрного Побежежья, один лишь этот камень на груди их королевы с лихвой перекрывал все ужасы и все потери страшной ночи. Конан заметил, как горят глаза возлюбленной, как дрожат её руки, когда она касается ими камня, как поднимаются её полные груди, когда он ходит между них. В глазах Белит этот рубин оправдывал всё, что угодно, она теперь считала камень своим талисманом, а чудесное спасение девчонки – знамением богов.

Проклятая девчонка будто знала, что дарить! Она, лишь появившись, успела обложить его со всех сторон. Теперь и он знал, кто она такая и на что она способна – но его слова никто не принимал всерьёз. Даже Нъяга! Все думают, что этой ночью у него в башке резвилась свора демонов, смущая разум лживыми картинами и совращая на служение стигийской тьме. Ещё немного, и он поверит в это сам.

Словно подслушав мысли варвара, девчонка подмигнула и сказала:

– Не позволяй стигийским демонам смутить твой разум, Конан. Это они мстят тебе за моё спасение. Они хотели взять меня, но ты им не позволил.

Ничего, с ненавистью глядя на неё, подумал киммериец. Будущее не предопределено. Возможно, он увидел лишь один из тысяч вариантов. Наверняка найдутся и другие, лучше. Кром! Ещё целых полвека! Сначала их надо прожить.

На мостике Белит негромко переговаривалась со своим боцманом Нгорой. Конан слышал каждое слово возлюбленной:

– Не знаю, что случилось с нашим Конаном. Я боюсь за него! Конан, которого я знала и которого люблю, не мог поднять оружие на женщину. Тем более, на бедного ребёнка, чуть живого! Если Ная умрёт...

Старый Нъяга отошёл за своими лечебными травами. Конан надеялся, что не найдёт, что все его шаманские припасы смыло ливнем в море.

– У тебя волосы цвета ночи, как у меня, – вдруг с удивлением произнесла девчонка, – а я слыхала, что у вас, у северян, волосы цвета снегов. Но я снегов не видела, не знаю, какие они.

– Я киммериец, варвар с гор, – мрачно отозвался Конан, – северянами зовут нас хайборийцы.

– Ну, если так, то для меня и ты, и хайборийцы – северяне! А я атлайка! Кровь от крови павших владык моря, слышал о таких? Поэтому оно не стало забирать меня. Ты очень скоро убедишься: я такая же живучая, как ты! Быть моим другом лучше, чем врагом.

Она протянула руку к его волосам, изящным, невесомым движением пригладила их. Конан почувствовал укол за ухом – лёгкий укол, но неожиданный и неприятный. Немного закружилась голова.

– Ай! – вскрикнула девчонка. – Прости меня, я бываю такая неловкая!

Она отняла руку. На пальце у неё Конан увидел перстень, маленький и безыскусный, с острым навершием.

А потом он долго смотрел в её огромные смеющиеся глаза и пытался вспомнить, где их видел раньше.

 

) Брайан Толуэлл, 2015.

P.S. Продолжение истории – в следующем рассказе цикла «Изгои»:

Мгла над Зархебой